Результаты изучения подвоев яблони. 1 - Плодовый сад

Результаты изучения подвоев яблони. 1

Е. П. Кужелева,

кандидат сельскохозяйственных наук

Введение

Значение правильного подбора подвоев оценено нашими садоводами давно. Основоположник советской агробиологической науки И. В. Мичурин уделял этому вопросу серьезнейшее внимание. Формулируя основные задачи в области сортового состава плодовых насаждений, на одно из первых мест он выдвигал «правильный выбор подвоев, имеющих решающее значение как фундамент плодового дерева».

Роль корневой системы растения, как теперь это признано всеми, не ограничивается только тем, что она поглощает из почвы воду и питательные вещества и подает их привою. Корневая система принимает прямое и непосредственное участие в общих процессах синтеза органических веществ, протекающих в растении, а следовательно, влияет на привой.

Влияние это велико и многообразно. Под воздействием подвоя изменяются сила роста плодового растения, его долговечность, время вступления в пору плодоношения, урожайность, засухоустойчивость, морозоустойчивость и другие свойства.

Литература и практика содержат большое количество разнообразных примеров такого влияния подвоя на привой. Мы их находим в трудах И. В. Мичурина, их приводят в своих работах В. И. Эдельштейн, Н. П. Кренке.

Приведем некоторые из них, имеющие практическое значение в плодоводстве.

а) О влиянии подвоя на силу роста. Прививая сорта яблони на парадизку, груши — на айву, садоводы получают карликовые деревья, известные своим ранним вступлением в пору плодоношения, тогда как тот же сорт, привитый на лесную яблоню или грушу, дает сильнорослое, поздно вступающее в пору плодоношения дерево; это свойство подвоя широко используется в промышленном садоводстве.

б) О влиянии подвоя на долговечность плодового растения. В. И. Эдельштейн сообщает, что яблоня и груша, привитые на карликовых подвоях, живут до 30 — 40 лет, тогда как те же сорта, привитые на сильнорослых подвоях, достигают 80 — 100-летнего возраста.

в) О влиянии подвоя на засухоустойчивость. По сообщению В. И. Эдельштейна, в Тульской области Пепинка литовская и Курский золотой ренет, привитые на дичке, совершенно не страдали от морозов. Деревья в возрасте 15 — 17 лет отличались здоровым видом и хорошим приростом. В том же саду деревья тех же сортов, привитые на дусене, имели угнетенный вид. Кора стволов во многих местах побурела и сморщилась. Эти деревья, несомненно, страдали от морозов.

Можно привести и другой пример. В плодовом саду Всесоюзной сельскохозяйственной выставки в зиму 1937/38 г. было отмечено, что сорта яблони, привитые на парадизке, пострадали больше, чем привитые на дикой лесной яблоне.

г) Влияние подвоя на изменение химического состава сока плодов было установлено при химическом анализе плодов груши Слава Жодуана. Привитый на дичке этот сорт давал плоды, содержащие около 93,4 г сахара, в то время как в плодах груши того же сорта, того же возраста и находившегося в тех же условиях произрастания, но привитого на айве сахара содержалось 102,3 г.

Значительное улучшение вкусовых качеств груш на айвовом подвое отмечал И. В. Мичурин.

Все это свидетельствует о важности изучения подвоев плодовых культур, которое поможет выделить и подобрать подвои, наиболее полно отвечающие требованиям прививаемых на них сортов.

О происхождении подвоев. Обращаясь к истории вопроса, следует отметить, что некогда, при своем возникновении, сады, по-видимому, состояли из местных лесных плодовых пород. Очевидно, в более позднее время в садах стали преобладать отборные сеянцы из местных сортов. Но при размножении семенами закрепить свойства отобранного лучшего растения не удавалось. Поэтому человек, вероятно уже на раннем этапе культуры плодовых, обратил внимание на естественную самопрививку, имеющую место в природе. И в дальнейшем плодовые культуры стали размножаться не только посевом семян, но и путем прививок на соответствующие подвои.

Развитие промышленного садоводства в России относится к середине Х1Х века, когда для удовлетворения возросшего спроса на посадочный материал были организованы, наряду с мелкими, крупные питомники. Однако недостаток плодовых семян и слабая организация их заготовки сильно удорожала производство посадочного материала. Питомниководы в погоне за дешевыми семенами стали пользоваться семенами сидрового производства (сортов, предназначенных на переработку), т. е. западноевропейских сортов, что оказало отрицательное влияние на состояние садов.

Таким образом, использование заграничных сортов сидрового назначения для питомников России сыграло отрицательную роль, так как они происходят из районов с более мягким климатом. Сидровые сорта, относящиеся к виду лесной яблони (Malus tomentosa) распространены главным образом во Франции, а в климатических условиях нашей страны незимостойки.

Многие плодоводы на Международном съезде садоводов в 1894 г. при обсуждении вопроса о семенах для выращивания дичков высказывались против завоза заграничных семян.

Р. И. Шредер в своей работе, относящейся еще к 1893 г., характеризовал сеянцы западноевропейских сортов как менее зимостойкие по сравнению с культурными сеянцами местного происхождения.

О непригодности сидровых семян в качестве подвоев имеются указания у М. В. Рытова: «Пользоваться семенами иностранных сидровых сортов не годится, так как деревья оказываются недолговечными в России».

П. Г. Шитт, анализируя причины гибели плодовых деревьев в возрасте 25 — 30 лет, приходит к выводу, что причиной их гибели явилось применение в качестве подвоев сидровых сортов.

В то же время деревья, выращенные на отечественных подвоях, отличались хорошей силой роста и долговечностью.

Основным подвоем для яблони в связи с этим начали считать лесную яблоню русского происхождения. В печатных работах того времени были рекомендованы для выращивания подвоев семена следующих видов: дикой яблони, или леснины, китайской сливолистной и сибирской яблони; кроме того, рекомендовались сеянцы культурных сортов.

Все эти подвои яблони принадлежат к различным ботаническим видам и произрастают в различных климатических условиях нашей страны. Однако районированию подвоев тогда не уделяли должного внимания. Имели место случаи, когда заготовленные на Кавказе семена лесной яблони использовались не только в средней полосе страны, но и севернее — в Петрозаводске, Вятке. Семена сибирской яблони, заготовленные в Сибири, использовались в средней полосе. На эту неправильную практику указывал Н. И. Кичунов: «У нас, — писал он , — сплошь и рядом не придают должного значения происхождению семян в смысле их месторождения, а потому впоследствии за это приходится тяжко расплачиваться».

Надо сказать, что семена алма-атинской яблони еще в 1929 — 1930 гг. в больших количествах завозились в Москву, Казань, Лохвицы (Полтавская область). Этот подвой оказался здесь незимостойким.

Теперь уж очевидно, что семена для выращивания подвоев данной зоны должны происходить из той же или из сходной с нею по климатическим и почвенным особенностям зоны.

Оценка подвоев по литературным источникам. Рассмотрим мнение садоводов о поведении рекомендовавшихся подвоев в различных районах.

Лесная яблоня (Malus silvestris). Применение лесной яблони к качестве основного подвоя для яблони не вызывало особых споров, и семенами этого вида пользовались во всех зонах плодоводства. Наряду с этим лесная яблоня, как подвой, была по-разному оценена учеными и садоводами-практиками.

И. В. Мичурин считал возможным использовать лесную яблоню в качестве подвоя. Говоря о размножении и испытании своих сортов, он указывал: «Установив строгое районирование, необходимо разработать самый точный план заготовки семян дикорастущих плодовых растений Черноземья для выращивания дичков…. Лично я обращаю внимание всех на заросли дикорастущих плодовых растений в Теллермановском лесу… Эти заросли… прекрасная база для массового выращивания очень ценных дичков, без чего немыслимо развитие садоводства…»

Р. И. Шредер писал: «Леснину хвалят за выносливость и невзыскательность относительно почвы. Недостаток ее тот, что ствол у нее менее толст, чем у большинства культурных сортов, вследствие этого привитое дерево сидит на более тонком дичке и легко может быть согнуто и даже уничтожено бурею.

В черноземных губерниях многие плодоводы уважают леснину, я же под Москвой не находил в ней важных преимуществ перед культурными».

А. И. Журавский, на основании наблюдений в питомнике, при сравнении лесной яблони, произрастающей в средней зоне СССР, с яблоней кавказской, писал: «…имея в виду прежде всего выносливость к нашим зимним холодам, я … ставлю высоко лесную яблоню и считаю злом распространение кавказской яблони».

Сеянцы культурных сортов. Использование сеянцев культурных сортов в качестве подвоев носило ограниченный характер. Оценка их в литературе недостаточна.

Р. И. Шредер указывал, что «… культурные сеянцы или садовые видоизменения русского происхождения, без всякого сомнения, самые удобные для северной части нашей страны».

Имеются указания у Н. И. Кичунова об использовании сеянцев культурных сортов в Курской области. Он писал: «Сеянцы культурных сортов дают не только более равномерно развитые дички, но и более сильнорослые, чем сеянцы из семян дикой лесной яблони или обыкновенной лесовки».

И. В. Мичурин отмечал, что «… корни сеянцев Аниса, мелкого Скрижапеля, Антоновки простой, не говоря уже о разновидностях нашей садовой китайки… не только ничем не уступают в степени выносливости в сравнении с дикими видами яблонь, но в некоторых случаях даже превосходят их по выносливости к морозам в наших местностях».

Китайка, или китайская сливолистная яблоня (Malus prunifolia Borkh.). Китайка, как подвой, на протяжении всей истории садоводства получала наиболее положительную оценку. Китайка имеет прекрасную корневую систему, она морозостойка. Так, Р. И. Шредер писал: «У китайских дичков разветвлений и мочек гораздо больше, сверх того, последние сгруппированы ближе к стволу, а это чрезвычайно облегчает пересадку. Наконец, я сам прививал много яблонь на китайские дички, и всегда с большим успехом. Рост и плодовитость оказались весьма удовлетворительные».

Китайскую сливолистную высоко ценил И. В. Мичурин. «Лучшими условиями, — писал он, — отвечающими по своим свойствам условиям наших местностей северной половины ЦЧО для высокорослых деревьев яблони, нужно считать нашу садовую, так называемую китайскую яблоню…»

Сибирская яблоня (Malus baccata (L.) Borkh.). Одним из ярых защитников сибирской яблони был Грелль, который использовал ее в качестве подвоя в Московской области. «Несмотря на то, — пишет он, — что яблоня, привитая на дичок сибирской яблони, не образует ни толстого ствола, ни развесистой кроны, я предпочитаю дички сибирской ягодной яблони всем остальным сеянцам по двум причинам: деревца, привитые на них, скорее и обильнее плодоносят и несравненно менее страдают от морозов».

В пользу применения сибирской яблони в качестве подвоя высказывался также М. О. Балабанов, работавший в Курской области, который считал, что деревья на сибирской яблоне имеют меньшие размеры, поэтому на единицу площади их можно посадить гораздо больше и получить больший урожай. Он, помимо того, писал: «Плодоношение яблонь на сибирке начинается гораздо раньше, чем на деревьях с другими подвоями».

По наблюдениям садовода Кошарова в Псковской губернии подвой сибирской яблони давал хорошие результаты только на отдельных сортах.

Иваницкий-Василенко, применявший сибирку в Тверской губернии, указывал, что прививки в питомнике отламываются у сортов Анис и Апорт, сорта же Антоновка, Белый налив на этом подвое росли хорошо.

В защиту подвоя сибирской яблони выступали садоводы Крутовский и Чаробаев, хотя они признавали непрочное срастание с этим подвоем однолеток.

Однако противоположную, резко отрицательную характеристику сибирской яблони, как подвою, дал казанский садовод Жуков. На основании своих наблюдений он приводит следующие данные: «В рядах Хорошавки из привитых 1400 шт. пропало глазков 35 шт., отломилось 1212 шт., вышло двухлеток 153 шт. В рядах Антоновки из 1950 привитых погибло глазков и отломилось 125 шт. Вышло однолеток 1700 шт. В рядах Аниса алого из привитых 5330 шт. к продаже поступило 1298 шт. Такое количество отлома бывает каждый год».

Примерно такую же оценку сибирской яблоне, как подвою, дает Крашенинников, работавший в Воронежской области. Он писал: «Из более 2 тыс. деревьев, посаженных в моем саду, в тесение этого периода (30 лет) осталось едва 300, и из них почти половина с обычной картиной близкой гибели. Остальные же все пришлось выбросить в разные сроки. Ряд сортов с самого начала обнаруживает явную антипатию к сибирке, давая большой процент непринявшихся окулировок.

Другие сорта начинают хиреть, едва достигнут поры плодоношения.

Корни сибирки не в состоянии нередко не только хорошо питать, но даже просто механически удерживать растущего на нем дерева. Деревья с таким плохим срастанием в месте окулировки отламываются даже на 8 — 10-м году после прививки.

Урожай на сибирке в засушливое лето много хуже по качеству, чем на корнях лесной или китайки.

О большой выносливости к морозам яблонь, привитых на сибирке, — заключает автор, — не стоит и упоминать, она оказалась фантазией».

О непрочном срастании привитых на сибирской яблоне сортов писал также садовод Пурин, работавший в Пскове: «Дички сибирской яблони, особенно пропагандировавшиеся Греллем и другими, являются неудовлетворительными в том отношении, что в продолжение многих лет плохо срастаются с благородным побегом, вследствие чего они, достигнув даже 8-летнего возраста, плохо противостоят ветру, ломаются на месте спайки. Поломка их нередко вызывается даже одним неосторожным проходом рабочих по питомнику».

Садовод М. Мажаров, работавший в Тамбовской губернии, дал следующую оценку подвою сибирки: «В бесснежную зиму 1910/11 г. погибли деревья, привитые на сибирке».

Садовод Пискунов, работавший также в Тамбовской области, откликаясь на высказывание Мажарова, писал: «У меня нынешним летом отломилась яблоня Антоновки на сибирке с плодами, имеющая возраст 9 лет, а другая зачахла и вымерла».

Наблюдения П. Г. Шитта в питомнике Уманского сада выявили различное поведение сортов, привитых на сибирке. Сорта Ренет ландсбергский, Папировка, Данцигское ребристое, Пармен шарлаховый и др. характеризуются резкой несовместимостью с сибиркой, легко отламываясь при ветре и отличаясь неравномерным ростом, иногда желтизной и преждевременным привяданием листьев. Другие же сорта — Кронсельское прозрачное, Пепинка литовская в питомнике росли сильно и признаков несовместимости не проявляли.

Разногласия по поводу пригодности сибирской яблони в качестве подвоя возникали, так как наблюдения велись за растениями различного возраста. Некоторые сорта, привитые на сибирскую яблоню, в первые годы своей жизни действительно не проявляют признаков несовместимости. Эти признаки становятся более заметными, когда растения достигают возраста 10 — 15 лет. Именно в этом возрасте вследствие неполной срастаемости привоя и подвоя деревья нередко отмирают.

Плохую оценку сибирской яблоне, как привою в средней зоне, дал И. В. Мичурин. Он писал: «Разновидностей сибирской яблони довольно много, некоторые насчитывают их до 20. Что же касается вопроса вообще о пригодности сибирской ягодной яблони как подвоя в местностях средней и северо-западной России, то должен сказать, что введение такого подвоя у нас является ошибкой наших садоводов».

Отмеченные нами разногласия в оценке сибирской яблони могут быть отнесены к подвоям вообще. Единого мнения специалистов о пригодности применяемых в питомниках видов подвоев яблони не было: это и явилось одной из причин, побудивших предпринять наше исследование.

Следует признать, что садоводы располагали вообще ограниченными сведениями о применявшихся подвоях. В свое время при организации отдела садоводства Екатеринославской областной сельскохозяйственной опытной станции П. Г. Шитт отмечал: » Вопрос о подвоях для плодовых деревьев, поднятый уже давно, подобно многим другим садовым вопросам, остается и поныне невыясненным«.

Это высказывание относится еще к дореволюционному периоду, но недостаточная изученность подвоев давала себя знать еще долгие годы. И. В. Мичурин, обращаясь к научным работникам в 1934 г., писал: «Почему же до сих пор не ясен вопрос о том, какие и где брать подвои и ассортимент плодовых растений для той или иной местности?»

Основной причиной недостаточности данных о подвоях являлось отсутствие исследовательской работы в этой области. Сведения, приводящиеся в литературе, носят отрывочный характер. К тому же большинство наблюдений охватывало только питомники, а питомники, как известно, не имели помологических садов. Это лишало возможности вести наблюдения за поведением различных подвоев в саду. Посадочный материал выпускался из питомников, и о подвоях забывали. В дальнейшем говорилось только о привитом сорте, и все качества и недостатки плодовых деревьев приписывались сорту.

Социалистическое сельское хозяйство не могло мириться с этим явным недостатком плодоводческой науки. Развитие крупного садоводства в совхозах и колхозах настоятельно требовало серьезной разработки вопроса о подвоях, более углубленного подхода к их изучению.

В связи с этим в 1934 г. в Научно-исследовательском институте им. И. В. Мичурина на его экспериментальной базе были заложены опыты по изучению подвоев яблони. Работа была организована как в самом институте, так и в системе зональных опытных станций под руководством института. Начал также работу по изучению подвоев Украинский научно-исследовательский институт плодоводства, где работа эта проводится до настоящего времени.

В процессе изучения подвоев стало очевидным, что применение одних и тех же подвоев в различных районах безусловно неправильно. Подтвердилось неоднократное предупреждение И. В. Мичурина о необходимости «… ориентироваться на местный материал, выращенный на местных же подвоях (дичках)».

При закладке питомников следует руководствоваться следующим мичуринским указанием: «Сеть питомников … необходимо закладывать в каждой отдельной местности с учетом климатических и почвенных условий, с запрещением переброски саженцев из южных частей страны в северные и, наоборот, тщательного районирования дичков».

Задачи исследования. Первоначально основная задача исследования сводилась к оценке подвоев яблони, применяемых в производственных питомниках средней полосы. Изучение, включавшее наблюдение над поведением различных подвоев, а также привитых сеянцев в питомнике и в саду, касалось следующих подвоев:

лесная яблоня из Острогожского района, Воронежской области, и из Куйбышевской области;
китайка из Куйбышевской области и из Мичуринского района, Тамбовской области;
сибирка из Сретенского района и из Минусинска;
сеянцы Антоновки, сеянцы Аниса.

Эти виды подвоев отобраны для изучения по следующим соображениям.

Лесная яблоня — один из основных подвоев, применяемых в производственных питомниках средней полосы. Она произрастает крупными массивами в Острогожском районе, Воронежской области, в различных районах Куйбышевской области, на склонах Кавказского и в Закавказье. Семена ее заготовляются в больших количествах для выращивания подвоев.

Китайка. В испытание вошли две ее формы — из Куйбышева и из Мичуринска.

Семена китайки из Куйбышева являются смесью различных форм китайки, обычно используемых в питомниках.

Китайка Мичуринского района, дающая плоды с чашечкой и длинной плодоножкой, широко распространена как подвой в питомниках средней полосы.

Сибирка давно привлекала внимание садоводов своей зимостойкостью. Она применялась к качестве подвоя в ряде районов средней зоны, но данные о е поведении, как уже отмечалось, разноречивы.

В испытание были взяты две формы сибирки: типичная ягодная кустарниковая форма — сибирка из Сретенского района и более сильно растущая и крупноплодная форма сибирки — Минусинского опытного поля.

Сеянцы культурных сортов Антоновки и Аниса. Антоновка — основной стандартный сорт средней полосы, и ее часто рекомендовали в качестве подвоя.

Деревья Аниса, имеющиеся в старых садах в большом количестве, привлекают внимание своей выносливостью, силой развития и долговечностью.

Читать дальше…

 

Оставить комментарий